• »
  • "Александр Попов: "О сцене я и не мечтал"". Интервью корреспондента газеты "Вечерний Оренбург" Дины Елмановой

"Александр Попов: "О сцене я и не мечтал"". Интервью корреспондента газеты "Вечерний Оренбург" Дины Елмановой

(«Вечерний Оренбург», №51 от 04.07.18)

Каждый, кто хоть раз был в Оренбургском областном театре музыкальной комедии, не мог его не заметить. Воинственный и ранимый Дубровский, бесшабашный д`Артаньян, импульсивный Федерико из «Юноны и Авось» – артист Александр Попов засветился практически во всех постановках. И этот сезон стал для него своего рода звёздным часом.

Конец года удалось обыграть красиво – во время Международного театрального фестиваля «Гостиный двор». Зрители с удивлением увидели молодого артиста в мюзикле Белорусского государственного академического музыкального театра «Тристан и Изольда». И угадайте, кому зал аплодировал в этот день чуть ли не громче всего! Сегодня, после всех полученных наград, коих немало, начиная от «Оренбургской лиры» и до дипломов международного масштаба, с трудом верится, что оренбуржцы могли бы никогда и не увидеть его на сцене… Александр Попов рассказал «Вечернему Оренбургу», как ему работалось с белорусскими артистами и как в детстве мечтал о карьере спасателя. – Фолк-рок-мюзикл «Тристан и Изольда» запомнился всем не только мастерством белорусских актёров, но и твоим внезапным появлением на сцене. Реально ли это – выучить роль за сутки? – Скажу честно – роли я никогда не учу! Вот так. Это процесс творческий. Получил текст, прошёл по сцене, подметил для себя важные детали – и запоминание уже началось. Что касается «Гостиного двора»… С белорусским театром всё получилось очень интересно. О том, что актёру, исполняющему роль слуги Изольды Перениса, пришла повестка в армию, выяснилось в аэропорту. В музкомедию вызвали меня, едва успел сориентироваться по тексту – утром уже прогон. Вручили мне меч, вручили щит – и вперёд, на сцену! Волнительно, конечно, – не описать! Зато опыт получил бесценный, это надо признать! – После этого тебе не предложили перейти к ним в труппу? – Ну нет, в нашей среде такое не приветствуется. Мы всё же друзья, а артистов переманивать – это дурной тон. – Можно сказать, ещё одна роль добавилась в твой багаж. И

она снова положительная. Скажи честно, не надоело ещё играть положительных персонажей? – Да, хотелось бы воплотить какого-нибудь эталонного злодея! Думаю, это было бы хорошим подспорьем для дальнейшего роста. Хотя у меня есть персонажи, которые косвенно можно отнести к «плохим». Например, Спицын (Спицын – помещик, мюзикл «Дубровский»). Не скажу, что сугубо отрицательная роль, но ведь гадкий же человек! Или Филли (ночной грабитель, «Карлсон, который живёт на крыше»). Но было бы здорово сыграть кого-то характерного, яркого, наподобие Горбуна из «Тристана и Изольды». Или, наоборот, очень сильную и по-настоящему трагичную личность. Чтоб за душу брало, чтоб весь зал остолбенел, чтобы показать себя с непривычной стороны. А сам по себе я человек с юмором, очень юркий и частенько могу на сцене заиграться. Режиссёры потом иногда возмущаются! – Часто ли на сцене возникают нештатные ситуации, о которых зритель может и не догадываться? – Постоянно. Раньше, когда я ещё учился в институте, очень этого боялся. Если что-то шло не так, почти в панику впадал. Зато сейчас, спустя время, наоборот, даже удовольствие от этого получаю. Стараюсь не уйти от возникшей проблемы, а осмыслить её, обыграть без лишней суеты и подвести к необходимому финалу. Из последнего, что наиболее запомнилось: в разгаре – «Три мушкетёра», конец номера – и тут у меня у всех на глазах шпага падает на пол! Потом я видел фотографии в Интернете: все на сцене такие красивые, а я – с упавшей шпагой! И с улыбкой до ушей. Это не опишешь даже, это видеть нужно! – Давай отмотаем время назад. В какой момент ты чётко понял, что будешь не экономистом, не юристом, а именно артистом? – Я, наверное, многих сейчас шокирую, но должного музыкального образования у меня нет. Вообще! Все знания пришлось в срочном порядке получать именно в институте искусств и в театре непосредственно. Когда я был маленьким, меня в Переволоцком отдали в местную музыкальную школу. Её я очень не любил и по-всякому отлынивал от занятий. Все думали, что я учусь, а я на самом деле гулял. Когда же обман вскрылся, меня перевели в художественную. Вот её я, как ни странно, окончил. Но дальше по этой стезе не пошёл, а приехал в Оренбург – поступать на эстрадное отделение в музыкальный колледж. Петь-то я пел в школе, как многие, но звёзд с неба не хватал. И когда я пришёл с документами поступать в колледж, то познакомился с Анной Васильевной Басовой, заведующей кафедрой мастерства артиста музыкального театра в

ОГИИ им. Л. и М. Ростроповичей. Она и предложила мне поступить к ним в институт. Я сначала очень активно отпирался: что вы, какой из меня актёр?! Но под давлением матери сдался. – И как шло обучение? – Весь первый год я был уверен, что либо меня отчислят, либо я сам уйду. Все предметы повергали меня в ужас. Остальные-то ребята были подкованные, они целенаправленно сюда пришли. А у меня не получалось почти ничего. Иногда просто хотелось опустить руки, развернуться и уйти. Лишь на втором курсе ситуация начала исправляться. А уж когда нас на сцену выпустили, так и вовсе, можно сказать, заразился этим. Теперь меня со сцены вообще не сгонишь! – Страшно было в первый раз на сцене? – Дело не только в том, страшно или нет. Конечно, до поступления в вуз я пел на сцене, но всегда был какой-то деревянный. Ни шага ни влево, ни вправо. Боялся пошевелиться лишний раз. Теперь же, когда выхожу на сцену, с этим проблем нет. Каждый из нас, кто задействован в спектакле, понимает ту ответственность, что на него возложена: перед зрителями, перед коллегами, перед самим собой, в конце концов. – Кем ты хотел стать в детстве? – Когда я ещё не был знаком со сценой, с театром, мечтал быть спасателем. Можно сказать, это была некая идея фикс. Очень хотелось в армию, в МЧС, в спецслужбы – куда угодно, лишь бы в этого рода структуры. Но увы, в солдаты меня не взяли. Пришлось от этой мечты отказаться. – Как ты проводишь свободное время? – На этот счёт я всеяден – могу и на природу выбраться, даже куда-нибудь на горнолыжную базу. Могу отправиться на прогулку по городу, особенно если в новой местности нахожусь. Но если идут спектакли, то здесь уже выбор небольшой, тем более что после них очень устаёшь как морально, так и физически. – По итогам сезона какую оценку сам себе поставишь по 10-балльной шкале? – Ну, десять я бы себе не поставил – самокритичность не позволяет. Может, около семи. Хотя в этом году у меня было много работы. Занят я каждый день, так как участвую почти во всех спектаклях. Если говорить и о предыдущих годах, то всё, чего я хотел, я получил уже два года назад, когда в театре ставили «Дубровского» и мне досталась главная роль. К этому времени я уже окончил институт. К тому же я всегда мечтал быть в театре востребованным. Мне удалось этого достичь. И теперь я на распутье – куда двигаться дальше? Это я пока не решил. В любом случае буду работать. В оренбургском театре я,

можно сказать, из яйца вылупился, здесь же и оперился, а значит, и продолжать карьеру мне следует здесь.